«Нью-Йорк вне себя. Ретроактивный манифест Манхэттена»

12.02.13
18:43
автор: Евгения Гершкович    |    просмотр: (17411)

О книге Рема Колхаса, написанной тридцать лет назад, дающей ключи к пониманию устройства современных мегаполисов и недавно переведенной на русский язык, рассказывает Евгения Гершкович.

 

Колхас в России. 6 февраля в ЦСК «Гараж» знаменитый голландский архитектор представил русскоязычное издание своей книги Delirious New York, в переводе получившей название «Нью-Йорк вне себя». Вокруг этого события сложилось несколько обстоятельств, подчеркивающих связь мэтра с Россией. В январе Колхаса назначили куратором следующей Венецианской биеннале архитектуры. Обнародовав тему Fundamentals («Основы»), он предупредил, что хотел бы задействовать как можно больше студентов. Объявлено, что Россию представит Институт «Стрелка» - в его создании Колхас принимал непосредственное участие. И книга про Нью-Йорк издана «Стрелкой» (Strelka Press), а переведена - Анастасией Смирновой, работавшей с компанией Колхаса ОМА/АМО над мастер-планом для Эрмитажа в 2008 году. По ее словам, само возникновение и деятельность «Стрелки» подготовили почву для выхода книги на русском, урбанистика стала модной темой. Ну и неслучайно презентацию провели в «Гараже»: Колхас руководит реконструкцией основного здания для Центра современной культуры в Парке Горького. Что касается содержания книги, в ней есть любопытные отсылки к русскому конструктивизму, любимому Колхасом. А сама методология ретроактивного манифеста, по мнению автора, вполне может быть применена для изучения  российских мегаполисов.

О книге. Когда Колхас писал свой Delirious New York, ни одного сколько-нибудь серьезного исследования по истории и архитектуре Нью-Йорка не имелось. Зато была «гора данных» - путеводители, туристические брошюры, старые почтовые открытки, литература справочного и рекламного содержания, которую он  проштудировал, выбрав сочные примеры и цитаты, дабы по-новому представить Манхэттен, сей «Розеттский камень ХХ века».
Труд разделен на пару частей, историю и проект. Не стоит, однако, предполагать, что первая часть, разбитая на так называемые «кварталы» («Кони-Айленд», «Небоскреб», «Рокфеллеровский центр», «Европейцы») - учебник в классическом понимании. Я бы даже рискнула посоветовать тем, кто вовсе не знаком с картой города, изучить, что и как, ибо автора это ни мало не тревожит. Его повествование кажется рассчитанным на аудиторию, хорошо с Манхэттеном знакомую. Или же напротив - читателя без специальной подготовки ждет образчик увлекательной, местами фантастической, местами забавной, полной анекдотов и афоризмов прозы о городе-решетке, отменившем традиционные понятия красоты и гармонии.  

С конца XIX века американское население было готово к экспериментам и томимо страстным желанием в них участвовать. Нью-Йорк предстал местом взрыва коллективной энергии и анатомическим театром для всех, а урбанистическая идеология «манхэттенизм» - порождением достоинств и недостатков сверхплотной городской среды. Текст нашпигован рефлексией образов и ощущений культуры «перегрузки» метрополиса. Автор двигается по  нарастающей, вербализируя решимость Манхэттена как можно дальше уйти от всего природного и естественного. Балансируют на грани всякого вероятия аттракционы увеселительных  луна-парков Кони-Айленда, все эти «Неиссякаемой коровы» (механические приспособления для утоления жажды посетителей) или  слон величиной с церковь, с отелем внутри, причем в передней его  ноге расположился магазин сигар, в задней – диорама. Кстати, снять номер можно было в шее, бедре и хоботе. В середине XIX века город имел вид вполне сельский, но с претензиями на нечто большее: здесь вырастает самое высокое в мире сооружение – стодесятиметровая  смотровая башня  Лэттинга, и появляется улучшенная копия лондонского Хрустального дворца, набитого техническими диковинами, в том числе лифтом, изобретенным Отисом. Печальной историей разрушительного пожара и объятых пламенем «ученых» животных парка  «Страна грез» (чудо-лаборатории, где испытывались технологии фантастического), автор подводит к началу высотной эры.

Манхэттенский небоскреб явил утопическую формулу создания неограниченного количества новых территорий на одном городском участке. У каждой территории собственная судьба, над которой архитектор уже не властен. Небоскреб, по мнению Колхаса, оказывался инструментом непредсказуемого урбанизма.  И тут возникает разрыв связей, лоботомия с разделением архитектуры фасада и архитектуры интерьера, и схизма, превращающая интерьер в последовательность автономных проектов, и как следствие - дилемма формализма и функционализма. 
Пример превращения естественного в сверхъестественное: «Самая экстремальная из здешних затей - поле для игры в гольф на седьмом этаже небоскреба: трансплантация «английского» ландшафта с холмами и долинами, узкой речушкой, петляющей через весь этаж, зеленой травой и мостиками».


Есть в книге глава, посвященная попытке покорения Манхэттена европейцами - Корбюзье и Сальвадором Дали. «Параноидально-критический метод» последнего помогает автору выявить чисто сюрреалистические качества Нью-Йорка. Финальным приложением книги, так называемым пятым «кварталом», становится серия проектов, переосмысливающих «манхэттенизм» как доктрину, подготавливающих его переход от фазы бессознательного проектирования к фазе проектирования осознанного.

Здесь, в том числе, рассказывается притча «История бассейна» - о некоем московском студенте-конструктивисте, спроектировавшем в 1923 году плавучий бассейн - островок чистоты в отравленном мире. Бассейн двигался в направлении, обратном тому, в котором гребли пловцы. Группа архитекторов решила таким образом уплыть из сталинской России. Сорокалетнее скитание по атлантическим водам приносит их к берегам Манхэттена. Поразительно знакомой кажется им нержавеющая сталь «Крайслера» и «Эмпайр-стейт-билдинга». Бассейн причаливает у Уолл-стрит, пловцов шокирует внешнее единообразие одежды и поведения горожан. «Может быть, коммунизм победил в Америке, пока мы пересекали Атлантику?», -  в ужасе вопрошают они. Архитекторы Нью-Йорка чувствуют неловкость из-за внезапного наплыва конструктивистов и критикуют дизайн бассейна, на самом деле символизирующий небоскреб.
Зачем нужно создавать ретроактивные манифесты? По-мнению Колхаса, «труднейшая задача последней четверти XX века (актуальная и по сей день) – управиться с экстравагантыми и мегаломанскими требованиями, амбициями и возможностями метрополиса, действуя сознательно». Но чтобы действовать сознательно, сначала нужно описать то, с чем приходится иметь дело, вникнуть в суть и генезис стихийных процессов, свойственных городу как сложнейшему живому организму. Манифест, написанный задним числом, – инструмент познания, руководство к действию и предуведомление для будущих поколений.

 

автор: Евгения Гершкович |  просмотр:(17411)
Добавить в блог







Арх.бюро
Люди
Организации
Производители
События
Страны
Наши партнеры

Подписка на новости

Укажите ваш e-mail:   
 
О проекте

Любое использование материалов сайта приветствуется при наличии активной ссылки. Будьте вежливы,
не забудьте указать источник информации (www.archplatforma.ru), оригинальное название публикации и имя автора.

© 2010 archplatforma.ru
дизайн | ВИТАЛИЙ ЖУЙКОВ & SODA NOSTRA 2010
Programming | Lipsits Sergey